Originally posted by dedmorozim at Исполни желание ребенка, не тратя деньги

В небо полетит моя печаль,
Провожу лишь взглядом, в облака…
Сердца стук тревожный поглотит
Нежная мелодия дождя

Вереницу птиц-воспоминаний
Отпущу в далекие края,
Ликованье грусти, сожалений,
Растворяя в лужах-зеркалах

Чувств-эмоций длинную косу
Распустив, себя вновь обретая,
Я в надежде, верю я в мечту,
Смысл жизни постигая…

---
Вверх по лестнице, ведущей вниз,
Не карабкайся, остановись,
Сделай паузу, попробуй, рассмотри,
Нет не в зеркало себя, а изнутри.
Переполненный сосуд пуст,
Места нет в нем для эмоций, чувств,
Ты не бойся, отыщи дно,
Не обманывай себя, что все равно.
Переполненный сосуд глух,
Как услышишь сердца близкого стук?!
Ты очисться от ненужных помех,
Не оправдывай себя, иллюзорен твой успех…

---
Когда на перепутье ты,
Теряешься, в сомненьях,
Представь песочные часы,
Сосуд, сковавший время,
Освободи его, отдайся ощущеньям,
Песчинкой, замершей на грани,
Поймай бесценное мгновенье,
Стань бестелесным, осознав,
Потустороннее виденье.

---
Пустынный холст свои границы очертил,
Самодостаточность свою он охраняет,
В минуты слабости, отчаянья решил,
Что одиночество надежно защищает.
Он сделал выбор и не мне его судить!
Ведь каждый в жизни сам себе художник,
Но милый холст, порой, опасна осторожность,
Все глубже погружаясь в пустоту,
И, отторгая трепетную кисть,
Ты упускаешь уникальную возможность.

---
Подобно деревьям осенью
Без сожаленья ненужное сброшу я,
Красками ярками, сочными, жгучими
Жизнь я вдохну в свои чувства потухшие.
Грусть и печаль я свою обесцвечу,
Буду веселой и даже беспечной.
Буду такой, какой захочу,
Верю, что встречу, но больше не жду!

---
Ты холодна и неприступна,
В бездонном звездном океане,
Тебе уютно!? Ты скучаешь!?
Заглядывая в окна одиноких,
Тревогой поглощенных и печалью,
Что ты пытаешься найти? О чем мечтаешь?
Ты в вечном поиске себя длиною в ночь,
Наутро ты бесследно исчезаешь,
И затаившись, ты с надеждой ждешь,
Что встретишь половинку, целой станешь.

---
Твое безмолвие как книга,
Финал которой неизвестен,
Сюжет, сплетенный на интригах,
Невозмутим, бескомпромиссный.
В полутонах, полунамеках,
В непонимании смятенье,
Рисуем мы с тобой картину,
Не растерять бы вдохновенье…

Твое безмолвие как песня,
Без слов мелодию я слышу,
И каждый образ ярче фразы,
В нем море чувств, дыханье жизни.
Ты переполненный сомненьем,
Я состою из ожиданий,
Рисуем мы с тобой картину,
Но не придумали названье…

Твое безмолвие мой сон,
Фантазий, грез хитросплетенье,
И в ускользающем мгновеньи
Быть может, все заключено!
Откроемся ему навстречу?
Воспоминаний цепь прервем?!
Ведь лишь тогда мы нарисуем,
И без раздумий назовем…

---
Ты словно дерево в тумане,
Что ты хранишь в своих ветвях?
Все, что я вижу – принимаю,
Но мало знаю о корнях.

Ты вслед кому глядишь прощально,
И что скрываешь ты в себе?
Кому раскроешь свою тайну?
Горам, иль морю,
Может мне?!

Круговорот людей, событий,
Калейдоскоп эмоций, чувств,
Готов ты ими поделиться?
Иль разделить, возможно, вдруг?!

Хочу тебя я разглядеть,
Хочу тебя обнять, понять,
Родной, мой близкий человек,
Не бойся все мне рассказать!

---
Как мне понять твое исчезновенье,
Ведь ты в душе моей живешь,
Порой мне кажется,
Была ты лишь виденьем,
Волшебной феей добрых снов.
Твой взгляд, объятья, поцелуи,
Твой смех, улыбка и тепло,
Мне не хватает ощущений,
Воспоминания со мной.

---
Сквозь все обиды, ужас, боль,
В потемках страшного несчастья
Пытаюсь скрыться от тоски,
Внушить себе, что жизнь прекрасна,
Но ускользает день за днем,
Неделя прячется за месяц,
А мы остались вчетвером,
Как я могу смириться с этим?

---
В королевство кривых зеркал,
Искаженного восприятия,
Приглашает жизнь на бал,
Постарайся не растерять себя.

Ты попробуй найти того,
В ком увидишь свое отражение,
Растворись в нем, но не забудь,
Что на это даны вам мгновения!

Эту близость внутри ощутив,
Поспеши сохранить, но помни,
Лишь умение в мы оставаться собой,
Не позволит привязанность путать с любовью.

---
Глины комочек
Счастье попробуй слепить
Нравится?! Очень?! Не торопись обжигать,
Ты мечтай и живи…

Капля-росинка
Жажду твою утолит
Мало?! Не хватит?!
Не думай об этом, мудрея живи…
Рожденный природой
Ты к ней возвратись
Сомненья?! Не хочешь?
Почувствуй себя, люби и живи…

Годы промчатся,
Жизни клубок распустив,
Быстро?! Нелепо?!
Не бойся себя, ответ получив…

В детстве мне нравилось рассматривать фотоальбомы, само листание страничек этих тяжелых «книжек» приводило в восторг. Множество незнакомых лиц мелькают и мелькают перед глазами. Такие разные фотографии: малюсенькие и огромные, красивые с резными сторонами и обыкновенные, иногда даже всего лишь обрывки. Все больше черно-белые или странно раскрашенные. Завораживающее зрелище, почти как смотреть в калейдоскоп, трудно оторваться.
Больше всего мне запомнились моменты, когда к этому процессу подключался дедушка. Он садился в кресло, сажал меня к себе на колени, мы листали альбом вместе, дед рассказывал истории и тогда, тогда картинки оживали, наполнялись смыслом. Что мне удалось запомнить? К сожалению, почти ничего из его рассказов. Остались лишь теплые воспоминания, до сих пор вызывающие улыбку. Дедушек и бабушек уже нет в живых, и сейчас разглядывание фотографий – общение с прошлым, мостик, который связывает меня с историей нашей семьи.
В наших семейных фотоальбомах было несколько фотографий совсем не похожих на другие. Помню, как удивилась, увидев очень странно одетую женщину. Оказалось, что это моя прабабушка. Папа рассказывал мне о ней, я попросила его написать воспоминания, вот, что у нас получилось:
«Свою бабушку (по папиной линии) я увидел в возрасте 6 лет, когда меня послали вместе с двоюродным братом на отдых в деревню, недалеко от Степанакерта. Почему-то меня предварительно постригли налысо, и я этого ужасно стеснялся. Когда бабушка увидела меня, то обняла, стала целовать, а потом запричитала «Бедный ребенок, что они там в городе с детьми делают, в нашем роду таких худых детей не бывает». С первых же минут моего приезда она меня ни на шаг от себя не отпускала. У меня был плохой аппетит, я действительно был худющий, и бабушка первым делом решила это исправить. Утром она накрыла отдельно для меня невысокий столик, разложила выпечку, всякие домашние вкусности, яичницу с помидорами и села рядом. Аппетита никакого, я так и сказал, бабушка была в ужасе. Позвала мою тетку Астхик, и говорит: «Точно, ребенок больной, надо его срочно лечить». Тетя Астхик принесла рюмку из зеленого стекла, и бабушка сказала «Пей, балик-джан. Пей сразу, это хорошая вода». Я поверил, и выпил жидкость в рюмке. Последнее, что помню, были искры в глазах, и я отрубился. Как потом выяснилось, это была тутовка. Не помню, сколько проспал, очнулся, бабушка сидит рядом и вяжет. Смотрит на меня, хитро улыбается и спрашивает «завтракать будешь?» И я с удивлением почувствовал страшный аппетит и стал уплетать все, что она мне подкладывала. После этого она попросила рассказать, как мы живем в городе, хотя русский понимала неплохо, но часто переспрашивала, а потом сказала, что надо еще меня научить армянскому языку, а то я совсем в этом плане безграмотный. Вскоре она взяла меня под руку, и мы пошли в сад. Она показала мне тутовое дерево и приказала на него залезть. С собой дала кусок лаваша, и я не без труда залез на это дерево. Помню, как удобно уселся на большой ветку, стал лакомиться ягодами и закусывать лавашом. На обратном пути на тропинке перед нами показалась змея. Бабушка стала с ней говорить тихим голосом, очень спокойно, и змея уползла. Потом бабушка сказала мне, что эта змея живет рядом с домом, почти домашняя и никого не обижает. Я пробыл в деревне две недели, мы очень подружились с бабушкой, она называла меня «бубуля, цавт танем» и не хотела отпускать в город, не отпускала и долго плакала, не могли ее успокоить. Когда я вернулся домой, родители не могли наглядеться и нарадоваться. Щеки румяные, я поправился больше, чем на 3 кг, и стал говорить на карабахском диалекте. Взрослые смеялись до слез. А потом папа сказал, что бабушка не может жить без меня, продает дом, корову и едет к нам жить. И она поселилась у нас. Носила только национальную одежду, и когда выходила во двор, соседи с интересом и улыбкой наблюдали за ней. Она стала моей защитницей, после ее приезда мама даже изредка уже не шлепала меня за шалости, потому что бабушка начинала плакать и причитать «Арфик, церкт чорана, разве можно бубулю бить». Бабушка прожила у нас два с половиной года, а потом ее не стало в возрасте 87 лет. До сих пор помню, как горько я плакал, бился в истерике, не хотел в это верить. Это была любовь с первого взгляда и дружба навек, до последнего ее часа. Светлая ей память…»

Залезла в бумажки, найти рецепт один, рецепт, так и не нашла, а нашла... никогда даже и не знала, что у нас такое есть... АВТОБИОГРАФИЯ ДЕДА... на двух пожелтевших страничках... это просто нечто... хочется ее сохранить, решила ее набрать.

Я родился в 1908 году в семье рабочего штукатура Рафаелова Арутюна в городе Ахалцихово. В 1914 году семья переехала на курорт в Абастуман. В 1916 году я поступил в школу, где проучился 1 год до 1917 года. Во время погрома, семья снова вернулась в город Ахалцих, где я в 11 лет поступил в чувячную мастерскую учеником и проработал по 1920 год.
После усмирения восстания семья снова, а с ней и я вернулись в Абастуман. Здесь я поступил в санаторий кухонным рабочим, где проработал 1 год.
С 1921 по 1922 год работал рабочим в крестьянском хозяйстве на станции Самтреди у железнодорожного учителя, так как мне плохо жилось, я вынужден был вернуться в мою семью, проживающую в то время в Абастумане, где я поступил в качестве чернорабочего на постройку санатория Хразиндо. Проработал здесь до 1934 года. В 1934 году был выдвинут ячейкой Комсомола, в этот же год поступил на работу в столярную мастерскую Курупра, где проработал беспрерывно 2 года по 1926 год. В 1926 году я выехал в город Тифлис, где поступил в столярную мастерскую в качестве подручного столяра, здесь я проработал с 1926 по 1928 год.
В 1928 году я переехал в город Ахалцих с целью призыва в ряды Красной Армии. Прибыв в Ахалцих для призыва рано, несвоевременно, я поступил на работу в столярный отдел ОМХ, откуда через месяц был призван на допризывную подготовку в Красную Армию.
Закончив 40-дневную подготовку, я выехал в Кисловодск, где поступил в мастерскую в качестве столяра. Здесь я проработал до призыва в Армию на действительную службу, т.е. по 22.10.1929.
В Армии я прослужил до 1930 года. Демобилизовавшись, я приехал вновь в Кисловодск для взятия на учет, здесь я был мобилизован Кисловодским Райвоенкоматом Георгиевск для обучения вневойсковиков на 40 дней, после чего вернулся в Кисловодск, был мобилизован по раздаче хлебных документов.
После окончания этой работы, поступил в правление Нарзана проводником, проработал здесь 4 месяца. В 1930 году, я приехал в Ахалцих откуда был направлен Райсоюзом на курсы счетоводов. На курсах я проучился 3 месяца по окончании последних был направлен в Бенарский Совхоз счетоводом. В совхозе проработал 1 год с 1931 по 1932 год. Из совхоза был командирован в город Тифлис на курсы финансистов. Проучившись на курсах 6 месяцев был направлен в Абастуман, на должность контролера Сберкасс. За неимением должности по назначению был безработным 1 месяц, после чего поступил в санаторий ОГПУ в качестве заведующего продуктовым складом и комендантом санатория, где проработал до июня месяца с 1934 года по подписке. С 1934 по 1936 год работал в Абастумане при Курупре в должности уполномоченного по учету военнообязанных. С 1936 года по настоящее время работаю на Мебельной фабрике "Красный Октябрь" в должности начальника ОТК.

Вот такой он, мой дед, а мне всегда рассказывали, как он воевал во время Великой Отечественной..., а вот как раз об этом времени, я ничего не знала... я была в шоке, когда я узнала о том, что дед не учился в школе... но это не помешало ему, он знал как минимум армянский, грузинский, немецкий, русский язык. Был очень начитан, был приятнейшим собеседником, и вообще, дед меня очень любил :))).

удалила все записи за три года, не читая, что-то в этом, определенно, есть